О медицине, бюрократии и отношении к работе. Часть 2.

Так как дни с пятницы по воскресенье для меня стали едва ли не самыми бесполезными и скучными в жизни, чтобы не утомлять и вас, в своих записях выделю только самые основные моменты, за эти три дня.

1) Лечение. То есть собственно то, ради чего я и нахожусь в ГКБ 9.
В пятницу, то есть на следующий день после поступления в больницу, меня планово осмотрел-опросил мой врач. На часах в это время было 9.00. После того как в 9.05 я вышла из смотровой, до 9.00 понедельника своего врача я больше не видела. Нет, не так. До 9.00 понедельника я вобще не видела никаких врачей. Ходил слух, что якобы где-то есть какой-то дежурный врач, но в природе я его так ни разу и не встретила за выходные. Все эти дни с полным отделением пациентов возюкались две медсестры (которые собственно только два раза в день делали нам уколы) и тетенька-буфетчица, честно кормившая всех 3 раза в день и осуществлявшая влажную уборку всего этажа.
По итогам осмотра мне было назначено два лекарства, то есть 3 укола в день - вот собственно и все лечение, которое мне предстояло пройти в выходные. При этом, когда я попыталась отпроситься домой на выходные, мой врач сделала большие и круглые глаза, сказав, что это недопустимо ни в коем случае, так как я нуждаюсь в постоянном стационарном наблюдении (см.предыдущий абзац!).
И кстати, одно из тех двух лекарств, которые мне прописали, закончилось в воскресенье утром. Привезли его только во вторник к вечеру.

2) Безопасность.
Лирическое отступление, уважаемые читатели. Я думаю все вы помните, в какое сложное и нестабильное время мы с вами живем, что террористическая угроза со стороны ИГИЛ, провокации со стороны США, и даже союзнические страны... вобщем бла-бла-бла, ну выпоняли. И кстати говоря, от источников, приближенных к бюрократическим структурам, знаю, что не так давно по всем лечебно-учебным учереждениям было разослано правительственное обращение, призывающее так сказать усилить, и контролировать, и бдеть!
А теперь возвращаясь к теме вопроса. Все эти дни ко мне ходили родители, муж и родители мужа. Так вот. Ни разу и никто не спросил у них кто они, куда и зачем. Что за огромные пакеты они там тащут, и какого же права ходют тута без бахил. Более того. С обеда пятницы по субботу в любое (включая позднее вечернее) время дверь в корпус была открыта, а мои посетители не встретили вообще никого, относящегося к персоналу больницы.
Уважаемые террористы. Я надеюсь, вы этого не читаете.
Зато. В понедельник мой врач отчихвостила меня за то, что я видите ли на ночь дверь в палату на ключ закрываю. Ее аргумент: а если вам плохо станет, нам что, дверь в палату ломать?
Мои аргументы: 1) если мне станет плохо, вы этого вобще не заметите; 2) меня скорее украдут, чем мне станет плохо.

3) Душевая. Как и обещала в первой части.
Ну нет, спасибо, что она вобще есть. И что там даже периодически бывает горячая вода.
Итак, конструктивно. Душевых на этаже две. Они собой представляют технические помещения, в которых стоят самые обычные ванные. И на этом вобщем то все. Работают данные душевые по часам. 3 часа утром и 3 часа вечером. Почему? Потому что. Днем их иногда запирают. А иногда нет. Потому что всем пофигу.
Еще в одной из душевых стоит самая настоящая, душевая кабина. Не самая лучшая, но вполне себе рабочая, весьма приятная. Одно НО. Ручки ее дверок связаны между собой куском бинта. Арт-объект, так сказать, не работает. Тут все так. Вроде и есть, а вроде и не работает.

О медицине, бюрократии и отношении к работе. Часть 1.

В связи с тем, что я лежу в больнице, делать мне нечего, а негативные эмоции и впечатления требуют выхода, начинаю вести путевые заметки, по обозначенной выше теме. Надолго ли меня хватит, я не знаю, но боюсь, что буду мучать тестовый редактор и социальные сети до тех пор, пока меня не выпустят.

Итак, я попала в больницу. Чтобы вопросы обо мне самой не отвлекали вас от чтения текста, сразу отмечу два момента:
1) Жить я буду, здорова останусь и точно все это со временем сотрется из памяти. Мой мерзкий характер, как известно, такими мелочами не проймешь.
2) Я предпочитаю лечиться платно. Потому что есть такая финансовая возможность, потому что оборудование, отношение и так далее. Но бывают такие случаи, диагнозы и срочность, что есть вариант только один: государственная клиническая больница.
Вобщем-то, именно о ГКБ 9 пойдет дальше речь. Хотя, в моем представлении, точно такая же ситуация могла быть в любой другой больнице любого другого города.
Ситуацию описываю так, как развивалась она для меня.

Четверг. Поступление в больницу.

13.30 Именно в это время встал вопрос о том, что необходимо вызывать скорую и ехать в больницу. Состояние мое ухудшалось постоянно, было очевидно, что доехать до больницы своим ходом уже физически невозможно. Скорая приехала с 4-го звонка и заверений мужа, что я начинаю терять сознание. Все время до этого барышня-оператор советовала не перемещать меня в пространстве и говорила, что пока свободных машин нет.

15.00 Появилась нескорая скорая. Два молодых мужчины, один из которых еще явно студент, а другой, хотя и молод, на скорой явно не первый день. С медицинской циничностью ребята поддерживали со мной диалог. Впрочем, услуги скорой в наше время заключаются в измерении давления и перевозке пациента в горизонтальном состянии. Эдакое "лежачее такси". Справедливости ради отмечу, что скорая вполне современная, на мой взгляд неплохо оборудована (хотя зачем, если это по своей сути такси?), все чисто и вполне цивилизовано.

15.30 Собственно, мы приехали в ГКБ. Так как ходить мне к тому моменту уже совсем не рекомендовалось, меня было необходимо завозить. Выражаясь родными логистическими терминами, приемка лежачих больных осуществлялась с заднего крыльца. Подъезд к данному крыльцу содержится в таком состоянии, что даже если бы к тому моменту я была в коме, я бы однозначно пришла в себя. Спасибо мальчикам из скорой, которые по мере сил пытались сгладить для меня эти ухабы. Само крыльцо было закрыто (хотя, как я понимаю, о том, что мы едем, в отделении знали, также как и знали, что я в лежачем состоянии). Что ж, мы не торопились, погода была прекрасная и компания подобралась веселая. Несколько смущали некоторые моменты в моем самочувствии и тот факт, что через какое-то время я могла потерять сознание, но кого это волнует, в самом деле?

16.30 С вашего позволения, упущу моменты того этапа, когда мне собственно оказывали ту медицинскую помощь, за которой я приехала, так как приятного в этом мало. Отмечу только некоторые моменты, которые были актуальны как в то время, так и в течение всего моего нахождения в ГКБ 9.
1) Вы наверняка в интернете неоднократно встречали страшные фотографии больниц в Южной Африке. Так вот: у нас-то не намного лучше. Смотровые сразу на несколько пациентов, совершенно убитый инструмент, столы и каталки настолько старые и убитые, что кажется, что они явно старше меня. Простыни, пеленки и прочее серо-желтые, застиранные и в пятнах крови. Честно говоря, мысль только одна: хотя бы чтобы после живых.
2) Несмотря на мое критическое состояние на момент поступления, попытки уговорить врачей подождать еще, капризы и сопротивления, не могу не отметить их профессионализм. Пусть не самым вежливым и внимательным образом, но все было сделанно качественно, и что в моем случае было очень важно, быстро.

17.00 Палата. Палата у меня платная. 740 (!) рублей за сутки. Что я имею за эти деньги: узкая железная койка с двумя продавленными матрасами (на третий день я мечтала только о массаже), тумбочка, два очень простых стула, микроволновка, умывальник и собственный туалет. Окей. Не Hilton Garden Inn, но жить можно. Из существенных минусов: душ только на этаже (об этой прелести расскажу в другой раз) и холодная вода из крана.

17.15 Сразу после всех моих мучений мне пообещали вкатить новокаина. Или кетанов. Или еще что-то подобное. Привезли в палату, еще раз пообещали, вытряхнули на кровать и уехали. Лежу жду дозу. Для понимания, все оперативные вмешательства в мой организм проводили без наркоза, и я как бы очень жду уколоться.

20.00 Да нет, уже и не болит, не страшно. И это я уже сама с собой разговариваю, потому что с момента как меня привезли, меня особо никто и не беспокоил. Вобщем, как никто не проверял мое состояние и никто и не принес обещанного обезбаливающего. Это к вопросу об отношении к работе и к вопросу о том, что у меня могло просто не быть физических сил, чтобы позвать на помощь.

21.00 Ломятся в дверь. Оказывается я проспала уколы. Откуда бы я знала, что мне на них надо и во сколько мне на них надо?
Уколы это весело. На уколы надо идти, даже если идти в этот конкретный момент тебе не то чтобы хочется и можется. Их нам ставят в палате, в которой в ряд стоят 4 ушатанных койки и открыта дверь в коридор. Ну и ладно, мне за свою голую попу не стыдно, я не просто так который год в тренажерке убиваюсь. В этой же палате девочка отходит от наркоза после операции (сомневаюсь, что ей приятно, что ее состояние все разглядывают). Ну а мы дружно конвеером подставляем попы. После укола ложусь спать.